Блог

Теперь юристом может стать любой!

Шестой кассационный суд общей юрисдикции отказал в удовлетворении иска юриста, требующего признать недействительными нотариальные доверенности, в которых она была указана в качестве представителя без ее согласия. Женщина обнаружила, что ее паспортные данные использовались индивидуальным предпринимателем — бывшим коллегой — для оформления доверенностей на представление интересов клиентов в судебных спорах с застройщиками.

Истица, имеющая обширную практику по судебным тяжбам с застройщиками, выявила случаи обращения в суды третьих лиц с доверенностями, в которых она фигурировала в качестве представителя. Источником ее паспортных данных стал индивидуальный предприниматель, с которым она ранее сотрудничала. Юрист подала иск о признании таких доверенностей недействительными и об исключении своих персональных данных, поскольку не давала согласия на их использование и не осуществляла представительство указанных лиц.

Гражданский кодекс РФ устанавливает исчерпывающий перечень оснований для признания доверенности недействительной:
- отсутствие даты совершения доверенности
- несоблюдение обязательной нотариальной формы
- невозможность установления из текста доверенности представляемого, представителя или объема полномочий
- общие основания недействительности сделок

Для признания оспоримой сделки недействительной необходимо доказать нарушение прав или охраняемых законом интересов лица, оспаривающего сделку, включая наступление неблагоприятных последствий.

Суд не установил совокупности юридически значимых обстоятельств, необходимых для признания доверенностей недействительными по заявленным основаниям.

Суд отметил, что при совершении нотариальных действий согласие субъекта персональных данных на обработку паспортных данных не требуется. Положения законодательства о персональных данных не предоставляют оснований для признания доверенностей недействительными в данном случае.

Дело наглядно демонстрирует жесткие процессуальные рамки оспаривания нотариальных доверенностей. Это создает парадоксальную ситуацию, когда факт нарушения прав очевиден, но механизм их защиты лежит вне рамок иска о недействительности доверенности